Материалы к повести "Крокодил"; Ответы "Современнику"; Заметки
Публикации
Достоевский Ф.М. Полное собрание сочинений в тридцати томаx. Т.20. Ленинград: Наука, 1980. С. 195-196 , 
Литературное наследство. Т. 83: Неизданный Достоевский. Ред.: А.Т. Лившиц. М.: Наука. 1971. C. 251
Датировка страницы
[1864-1866]
Размер
170х210
Комментарий
Кумиры западнические разбились (Гер<цен>) - Достоевский имеет в виду события Польского восстания 1863 г. Публично поддержав польских мятежников, Герцен противопоставил себя значительной части русского образованного слоя. Это недопонимание предопределило закат герценовского политического влияния в России и за ее пределами: позиция "Колокола" была изменнической в глазах многих жителей Российской империи и недостаточно радикальной с точки зрения молодой революционной эмиграции (См. напр. Сливовская В., Сливовский Р. Герцен, поляки и польский вопрос // Cahiers du Monde Russe. 1987. Vol. XXVIII (2). P. 164-169. Желвакова И. А. Герцен. М., 2010. С. 484-486.

– Статья о Тьере «Современника» — развить в статье образ действий Тьера и белоараповцев. - Луи Адольф Тьер (1797-1877) - французский политик и историк. Глава нескольких правительств времен Июльской монархии, лидер парламентской оппозиции во времена Наполеона III, Тьер имел противоречивую репутацию оппортуниста, всегда готового прикрыть свои истинные консервативные воззрения либеральной или даже революционной фразой. В 1823-1827 написал многотомную "Историю французской революции с 1789 года до 18 брюмера". Статья, на которую ссылается Достоевский, могла быть частью ежемесячного политического обозрения "Современника", которое в те годы вел Э. К. Ватсон. В № 1 за 1864 г. он пересказывает нашумевшую речь Тьера в парламенте, где умеренные требования базовых политических свобод адаптировались к имперскому правлению. "Пустившись после этого в более подробное изложение благодетельности каждого из поставленных им условий свободы, г. Тьер спешит успокоить робкие умы, которые могли бы взволноваться обширностью требуемых им переворотов; он сам спешит уверить их, что он, собственно, ничего не требует", - иронично комментирует выступление "Современник" (Отд. II. С. 162-163). "Что касается большинства французского населения, то оно, по всем видимостям , осталось довольно равнодушно к прениям законодательного корпуса. Хотя и тут нашлись энтузиасты (преимущественно между газетчиками), которые восторгались всякою речью Тьера или [Жюля] Симона, которые не переставали восклицать, что чуть ли не с каждой из этих речей начинается новая эра для Франции; однако большинство очень хорошо поняло, что все эти речи представляют только невинную болтовню <...>; и, наконец, что если бы даже Тьер и товарищи имели возможность применить к делу свои слова <...>, то и от этого Франция почти ничего не выиграла бы: выиграли бы сами ораторы, да немногие сочувствующие им буржуа; а положение масс не изменилось бы от этого ни на волос" (Там же. С. 176).
"Белая Арапия" - популярный у писателей XIX века фольклорный образ сказочной, несбыточной, таинственной страны. Ср. у А. Н. Островского в пьесе "Тяжелые дни": "...получаются депеши, но только всё больше из Белой Аралии и стран, к ней прилежащих" (Островский А. Н. Полное собрание сочинений и писем: В 18 т. Т. II. Кострома, 2020. С. 432). Более подробно об этом утопическом крае см.: Кошелев В. А. «Из Белой Арапии» // Щелыковские чтения 2006. В мире А.Н. Островского: сборник статей. Кострома, 2007. С. 151–161. Бессонов И. А. Белая Арапия: загадочная страна из фольклорной географии // Живая старина. 2013, № 3. С. 36-38. Едошина И. А., Афанасьева Е. А. Пути и перепутья крылатых слов: А. Н. Островский, С. В. Максимов, Н. С. Ашукин // Вестник КГУ. 2016. № 4. С. 81-82. Что касается Достоевского, то для него наиболее значимой оказывается коннотация, введенная Аполлоном Григорьевым в статье "Отживающие в литературе явления", напечатанной журналом "Эпоха". Григорьев называет "мечтами о белых Арапиях" популярные утопические проекты, владевшие умами молодых шестидесятников. Так, последователем "эпопеи о белой Арапии" критик объявляет Леона Бранди - этим псевдонимом пользовался Л. И. Мечников, автор нашумевшей повести "Смелый шаг" (1863) (См. Эпоха. 1864. № 7. С. 4-5). Повесть была написана на востребованную тему уничтожения лжи и фальши в современном браке (ср. едкое замечание Достоевского о типичном сюжете нигилистического романа - 212.1.4.147). В этом значении "Белая Арапия" и "белоараповцы" не раз появляются в записных тетрадях писателя 1863-1864 гг.: "Белоараповцы не замечают, что социализм вовсе не обязательно
общечеловечен, что идеал общечеловечий вовсе не тот (а христианский), что социализм только есть органический продукт западной жизни и всех противуречий ее. Учение белоараповцы принимают, а то, из чего произошло оно (то есть почву, органическое начало этого учения), отвергают". "Белая Арапия — барская затея. А с Белой Арапией все сказано, дальше некуда — в безвоздушное пространство. Это остатки прежнего либерализма, имевшего свой исторический склад, но совершенно отжившего и присутствующего еще в огромной массе отживших людей, ходячих трупов, свободных от земли, отставших и никуда не приставших..." (ПСС-30, XX, 180, 187).

– В романе Ахшарумова ~ Из этого статью: Нигилистические романы. ~ мещане и собственники - речь идет о романе Н. Д. Ахшарумова (1820-1893) "Мудреное дело. Очерк из летописей русской словесности", выходившем в журнале "Эпоха" (1864, № 5-7). Цитаты из романа и размышления о нем разбросаны по разным местам записной книжки. Исследователи отмечали сходство интересов Ахшарумова и Достоевского, а также параллели в их писательской эволюции (см. Майорова О. Е. Ахшарумов Николай Дмитриевич // Русские писатели. 1800-1917. Биографический словарь. Т. 1. М., 1989. С. 131; Козлов А. Е. «Чужое имя» Н. Д. Ахшарумова и «Униженные и оскорбленные» Ф. М. Достоевского: градации творческой неудачи // Сибирский филологический журнал. 2020. № 1. С. 85-101). "Мудреное дело" стало очередной вариацией сюжета о тщетной попытке построить полностью свободные отношения, подчиненные абстрактной идее, что оборачивается идейным и моральным кризисом главных героев. Записи Достоевского показывают, что впечатления от текста развились в замысел обобщающей статьи о нигилистическом романе. См.: Дрыжакова Е. Н. Достоевский и нигилистический роман 1860-х годов // Достоевский. Материалы и исследования. Т. 17. СПб.: Наука, 2005. С. 24-29. Заваркина М. В. Дополнения к комментарию (на материале записных книжек и тетрадей Ф. М. Достоевского 1860-х гг.) // Неизвестный Достоевский. 2021. № 4. С. 42-43. См. также комментарий к 212.1.4.136.